Составил по зарубежным информационным материалам  - В.А. Шанюкевич

 

         Сегодня многие специалисты сходятся во мнении, что мировая экономика подошла к критической черте своего существования. Квартир, домов, машин, одежды, еды, мобильных телефонов, компьютеров и прочего произведено столько, что скоро рост их производства прекратится или будет очень незначительным.

        Глобально есть два выхода из подобных кризисов перепроизводства. Первый связан с возникновением новых товаров и услуг, а, следовательно, и новых рынков; бурное развитие таковых запускает экономическую спираль заново и экономический рост продолжается. Второй способ связан с искусственным уничтожением имеющихся морально устарелых благ. Классическим выражением такого экономического радикализма, к сожалению,  выступает война. Необходим переход к глобально регулируемой и тотально планируемой экономике, в которой производство новых, технологически более развитых благ шло бы параллельно с уничтожением старых материальных ценностей. В этом случае в системе не происходит деструктивного накопления производимой продукции; оно преобразуется в форму перманентного замещения и обновления товаров. Тем самым рост нового производства достигается путем «убийства» и утилизации старой продукции.

         Идея периодической «разгрузки» накопленного человечеством материального багажа имеет свои глубокие аналогии в сфере оборота капитала. Так, смысл капитала состоит в его бесконечном накоплении и увеличении. Однако возникновение кризисов связано с перенакоплением капитала и невозможностью его дальнейшего эффективного использования. В таких случаях происходит стихийная «очистка» рынка капитала путем уничтожения определенной его части.

        Чтобы доктрина самоуничтожающейся экономики превратилась в действенный инструмент развития необходимо два условия ее реализации – масштабность применения принципа нормирования жизненного цикла материальных благ и стабилизация численности населения на разумном уровне.

        На первый взгляд, доктрина самоуничтожающейся экономики может показаться наивной и нереализуемой на практике. Вместе с тем, сегодня в Китае уже установлены некоторые нормы, которые позволяют говорить, что мир уже находится на пути освоения новой экономической модели. Не вдаваясь в тонкости организации китайской экономики, укажем лишь на те ее особенности, которые являются принципиальными в контексте нашей темы. При этом остановимся лишь на трех очень симптоматичных регулятивных примерах.

        Первый – ликвидация традиционного рынка недвижимости. Согласно нынешней практике государственного регулирования, в Китае нет частной собственности на землю. Это означает, что никто не может ее купить и продать. Если ведется строительство жилого дома, то девелоперская частная компания (Застройщик) может арендовать у государства определенный участок земли сроком на 70 лет. Впоследствии квартиры в построенном на этом участке доме будут проданы физическим лицам, которые получают право продавать, завещать и дарить свои квартиры только в рамках этих 70-ти лет. По мере старения квартиры и уменьшения срока до ее «смерти» ее стоимость, как правило, заметно убывает. По истечении означенных 70 лет данный дом подлежит сносу, а на его месте будет построен новый дом в соответствии с действующими в то время технологическими нормами. Жильцы из старого дома выселяются без предоставления им альтернативного жилья. Это означает, что каждый гражданин, живя в подобной квартире, должен заранее позаботиться о том, чтобы вовремя приобрести новое жилье.

        Подобная мера без преувеличения является революционной, ибо вводит общегосударственный норматив обновления всей недвижимости страны – максимум 70 лет. Такая норма открывает колоссальные возможности по обновлению всего жилищного фонда государства, не занимаясь очередным ремонтом, реконструкцией или модернизацией объекта недвижимости. Кроме того, практически каждому жителю Китая придется позаботиться о жилье, даже при условии получения наследства в виде квартиры. Следовательно, китайское руководство страны заставляет свое население проявлять высокую экономическую активность на рынке недвижимости. Разумеется, столь радикальная мера подкрепляется разумной политикой выдачи ипотечного кредита под небольшой процент. Помимо этого, 70-летний цикл жизни недвижимости приводит к возникновению совершенно удивительного рынка жилья, на котором можно приобрести квартиру на относительно небольшое время (5-10 лет), оставшееся до ее «смерти», по низкой цене.

        Второй пример – регламентация жизненного цикла автомобилей. Согласно китайским законам, автомобиль отечественного (китайского) производства подлежит обязательной утилизации через 10 лет после его производства. Для автомобилей иностранных производителей сделана поблажка – 15 лет. Предусмотрен и альтернативный способ определения степени износа машины – в зависимости от величины ее пробега. Разумеется, никакой компенсации утилизированного автомобиля не предусматривается. Третий пример – нормирование срока захоронения.

        Таким образом, Китай уже уверенно идет по пути глобального нормирования потребления. Что же означает описанный китайский эксперимент с точки зрения политэкономии? Здесь следует рассмотреть два аспекта.

        Первый – размывание понятия «недвижимость». Действительно, недвижимость как некий долгосрочный актив, сохраняющий, а иногда и приумножающий свою стоимость, прекращает существовать. Согласно китайской регулятивной доктрине, квартира и дом фактически превращаются в обычный товар длительного пользования. В жизни китайцев они уже ничем принципиально не отличаются от холодильника и телевизора. И как любой товар длительного пользования постепенно теряет свою стоимость по мере физического и морального устаревания, так и квартира с домом постепенно устаревают и уменьшаются в цене.

        Такое уравнивание жилой недвижимости и обыкновенного товара длительного пользования типа холодильника ведет к совершенно иной экономической философии. Отсутствие в Китае рынка земли дополняется отсутствием как такового рынка недвижимости. Вместо него возникает рынок жилья, который представляет собой совокупность новых и «подержанных» квартир.

        Другое следствие такой системы связано с ударом по рентным отношениям. Невозможность купли-продажи земли ведет к невозможности ее аренды, а, следовательно, ликвидирует феномен земельной ренты. Вся рента остается в государственной казне. Кроме того, ощутимый удар наносится и по институту рантье. Например, закупить несколько квартир и сдать их в наём теоретически можно, но сопряжено с психологическим дискомфортом, т.к. над собственником постоянно нависает дамоклов меч норматива «смерти» его собственности.

        Наконец, система обновления жилья стимулирует жизненную активность людей, т.к. простые расчеты показывают, что при сроке жизни квартиры в 70 лет все поколения вынуждены будут приобретать свое собственное жилье. Например, человек, получивший квартиру в 25 лет и проживший в ней 55 лет, не сможет ее передать своему сыну, который будет вынужден купить себе отдельное жилье; в лучшем случае он сможет ее завещать своему внуку. Если разрыв в поколениях составляет 30 лет, то внуку достанется квартира с оставшимся сроком жизни в 35 лет; этого срока не достаточно. Фактически за 5-10 лет до конца жизни этой квартиры внуку также придется осуществлять усилия по покупке нового жилья. Такая система по приобретению жилья ставит крест на иждивенческих настроениях и заставляет почти каждого человека пройти тяжкий путь по зарабатыванию средств на собственное жилье.

        Второй аспект рассматриваемой системы – перенос центра тяжести от понятия запасов на понятие потоков. Как известно, в современной экономической науке фигурируют величины двух типов – потоков и запасов. Например, одним из главных экономических показателей наряду с ВВП, являющимся потоковым агрегатом, является национальное богатство, являющееся кумулятивным показателем запасов. Однако постоянное обновление материального жилищного фонда страны приводит к тому, что новое строительство уже не будет приводить к увеличению национального богатства; оно будет приводить к его качественному обновлению, но не к простому количественному росту.

       Китай, отличающийся колоссальной перенаселенность и ставший мировой фабрикой, уже наткнулся на физические ограничения расширения своей экономики. Государство просто физически не может обеспечить полуторамиллиардную массу китайцев бесплатным жильем. Единственный выход из создавшегося положения – заставить каждого жителя страны заранее побеспокоиться о своем будущем. При этом каждому можно помочь в получении долгосрочного низкопроцентного кредита на приобретение недвижимости, что также будет постоянно разогревать рынок кредитов и рынок капитала. Такая мера убивает сразу трех зайцев: ликвидирует физические ограничения экономического роста; ведет к качественному обновлению экономики и общества; постоянно поддерживает экономику в состоянии умеренного «разогрева».

        Трудно сейчас сказать, сохранит Китай свои лидирующие позиции в построении экономики нового типа или нет. Однако главный итог его социального эксперимента состоит в том, что он дал образец новой архитектуры национальной экономики.

        Выше мы не анализировали модель саморазрушающейся экономики Китая с позиции «хорошо-плохо». Сделать это объективно весьма не просто. Для большинства людей с западным менталитетом такая система совершенно неприемлема, если не сказать больше – она пугает и обескураживает. Не вполне ясна и модель поведения государства в ситуации, когда многие люди просто не смогут накопить деньги на новую квартиру в нужный момент времени. Остается открытым вопрос и с бизнес-мотивацией людей, не имеющих возможности приобрести полноценную недвижимость.

        Мы сознательно оставляем в стороне очень серьезный вопрос о том, что доктрина саморазрушающейся экономики органически связана с практикой производства «одноразовых товаров». Действительно, сокращение морального срока жизни товара ведет к бессмысленности продления его физического срока жизни. Отсюда в частности вытекает, что сломавшееся техническое устройство невыгодно чинить, а имеет смысл просто заменить на новое. Зачастую сломавшийся фотоаппарат или видеомагнитофон практически невозможно починить – их надо выбрасывать и покупать новые. Но тогда и сами товары следует делать подешевле и попроще. И мы наблюдаем тенденцию, в соответствии с которой, например, металлические детали автомобилей заменяются на пластиковые. Эта картина наблюдается и в самолетостроении.

А что если идеология производства «одноразовых товаров» будет перенесена на строительство жилья? До сих пор дома возводились с расчетом на их максимальное физическое «выживание»; каменные строения могли стоять столетиями, т.е. всегда был некий запас прочности. Но если теперь это не нужно и через 70 лет даже самый хороший дом будет все равно разрушен, то зачем бессмысленные траты для продления этого срока? Не получит ли человечество относительно дешевое, но недолговечное жилье?

        Ныне на поставленные вопросы нет однозначных ответов. Считаем, что в Китайской экономической модели есть немало и положительного и отрицательного. Наверное, будет правильным выбрать из нее лучшее и, с учетом белорусской ментальности и действительности, предложить для применения.